Читайте РБК без баннеров

Подписка отключает баннерную рекламу на сайтах РБК и обеспечивает его корректную работу

Всего 99₽ в месяц для 3-х устройств

Продлевается автоматически каждый месяц, но вы всегда сможете отписаться

Жизнь после карантина: как коронавирус изменил наше поведение и привычки

Фото: Unsplash, Mélissa Jeanty / Unsplash
Фото: Unsplash, Mélissa Jeanty / Unsplash
Уязвимость, возврат экономики владения и новые отношения с телесностью — социологи из компании «Радость понимания» проанализировали, как изменилась наша идентичность за последние месяцы

Понятие «идентичность» важно не только с психологической, политологической и социологической точек зрения. Понимание идентичности аудитории — ключевое звено в разработке маркетинговых, коммуникационных, продуктовых и брендинговых стратегий. Без точного понимания идентичности аудитории невозможно обратиться к ней релевантным способом, выбрать наиболее точные, подходящие смыслы и способы их выражения.

За последние три месяца часто звучало «мы никогда не будем прежними» и «мир никогда не будет прежним», но чтобы понять, что значат эти фразы, нужно разобраться, что было «до» и какие перемены происходят в идентичности. Сейчас невозможно спрогнозировать, какой она станет, но можно зафиксировать ряд существенных перемен, происходящих в нашем поведении. Эти перемены, скорее всего, повлекут и изменения в самовосприятии, оставят следы в нашей психике и отразятся на поведении.

Потеря контроля

Для многих людей существенным последствием эпидемии оказалась потеря выстроенного образа будущего и ощущения контроля над жизнью.

Погасить часть кредита с премии, спланировать отпуск заранее, поставить цели на год — за март обрушились все тщательно выстроенные планы. Тем, кто жил в парадигме, что каждый может создавать свою жизнь, не полагаясь на волю случая, был нанесен огромный удар. Это колоссальный опыт переживания собственной уязвимости, хрупкости, утраты свободы и контроля над своей жизнью. По сути, это травма потери, которую приходится переживать, проходя по всем известным стадиям: отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие. После переживания этой травмы многим придется заново выстраивать образ мира и критически переоценить свои возможности на что-то в нем повлиять.

Пограничная территория

Эпидемия и карантинные меры сделали актуальным вопрос границ. И если с географическими границами вопрос временно решили за нас, то с личными приходится разбираться самостоятельно. Как вести себя при встрече со знакомым или коллегой? Обниматься ли? Жать ли руку? А если это близкий друг или родственник и очень хочется обнять, то можно, или все же воздержаться?

Дружеская встреча — это теперь чаще всего прогулка на почтенном расстоянии, но если сути дружбы социальная дистанция не меняет, то мир карантинного дейтинга превратился в путешествие по минному полю. Встретиться или поговорить по зуму? Где был этот человек до встречи с тобой? Пользуется ли он санитайзером? Моет ли руки? Можно ли присесть на лавочку рядом или так и сидеть, соблюдая дистанцию? Надо ли спросить о том, болел ли визави или это невежливо, как и любые вопросы о здоровье? А как дальше?

Прекрасное время для тех, кто и в «прежней» жизни не любил прикасаться к незнакомым людям и с трудом переживал необходимость рукопожатий и объятий. Теперь можно обойтись без этого официально. И чудовищное время для кинестетиков и любителей тактильного контакта — другой человек вдруг становится источником «заразы», опасности и тревоги.

Отношение к вирусу и необходимости соблюдать предписанные меры предосторожности усложняет не только создание новых отношений. Эта тема наравне с политикой и религией вдруг начинает разводить людей по разным лагерям и иной раз подумаешь, поддержать ли дружескую беседу на актуальную тему или свернуть на всякий случай, потому что мало ли про какие вышки 5G завернет тебе собеседник.

Zoom на дом

Еще одной задачей, которую довелось оперативно решать с введением самоизоляции, оказалась организация работы из дома. Встреча двух реальностей — домашней и офисной — не у всех прошла гладко, и первые недели массовой удаленки породили множество мемов о тех, кто приходит на совещания без штанов, не расчесанным или с видом на горы немытой посуды на заднем плане (коты, собаки и дети — в кадре по умолчанию). Вместе с удаленкой и возможностью не тратить время на дорогу, мы получили коллег у нас дома, причем доступ в дом был выдан всем без исключения, даже тем, кого в других жизненных обстоятельствах мы не позвали бы в наш дом никогда.

@washingtonpost

Lookin good, everyone ##newspaper ##dogdad ##focused ##icandoit

♬ human - Christina Perri

Включать и выключать камеру и микрофон вовремя за пару недель все научились, освоили безопасные ракурсы «на стенку» и «на занавеску», кто-то поэкспериментировал с цифровыми фонами, но тоже в итоге предпочел нейтральные домашние виды. Но тут обнаружились новые особенности видео-общения с коллегами. Общаясь в Zoom или Skype, ты видишь не только других участников конференции, но и самого себя, чего, конечно, в обычной жизни не происходит. Для людей, не привыкших видеть себя в процессе работы со стороны (то есть, для большинства из нас) знакомство с собственной мимикой и тем, как ты выглядишь «для других» оказалось сюрпризом (как впервые услышать свой голос в записи), а для кого-то — огромным соблазном всю конференцию рассматривать только себя (все равно никто не видит, в какую часть экрана устремлен взгляд), не обращая внимания на то, как выглядят собеседники. С тем же успехом, как оказалось, можно рассматривать и коллег, выводя на экран «в режиме докладчика» кого угодно. Никогда еще не было так просто максимально приблизиться к лицу другого человека, даже не спрашивая согласия (и даже не оповещая человека о том, что он сейчас под пристальным взглядом).



Мое тело — мое дело

Эпидемия и самоизоляция влияют и на то, как мы взаимодействуем с телом и как относимся к нему: чаще мыть руки и умываться после прихода с улицы, не прикасаться к лицу, чихать в локоть — этому учат даже на «официальном уровне». У этих правил есть неожиданный побочный эффект: врачи во всем мире рапортуют о снижении числа случаев заражения кишечными инфекциями и дизентерией, а таксисты отмечают, что пассажиры теперь практически никогда не озонируют воздух ароматам рабочей спецовки, в которой трудились неделю. Многие также стали внимательнее прислушиваться к любым телесным симптомам, в каждом опасаясь опознать «манифестацию» вируса. С одной стороны, в этом много плюсов, внимательное отношение к здоровью — это что-то новое для среднестатистического жителя нашей страны, привыкшего к подходу «поболит и пройдет», а с другой — внимательное слушание себя невероятно раскачивает и без того высокий уровень тревожности, созданный всеми влияющими сейчас факторами.

В то же время от некоторых уходовых привычек, как оказалось, можно временно отказаться: сидя дома, можно существенно реже мыть голову, забыть про декоративную косметику, парфюм. Мужчины вдруг массово отрастили бороды и выглядят суровыми лесорубами. Однако не все были готовы смириться с принудительным отказом от привычных уходовых процедур — надомные посещения парикмахеров, барберов и мастеров маникюра, несмотря на риски, стали такой же привычной частью новой реальности, а в районных группах на Фейсбуке открыто делились контактами хороших мастеров, приходящих на дом.

Системные изменения

Регионы начинают постепенно смягчать ограничительные меры, на дорогах снова пробки, а общественный транспорт не ездит пустым. Мы обязаны носить маски (но большинство носит их на подбородке) и соблюдать социальную дистанцию даже в парке (на асфальт нанесли разметку, которую, впрочем, непонятно как использовать). Строгость правил, как всегда, компенсируется необязательностью их исполнения, поэтому привыкнуть к перчаточно-масочному режиму «до изобретения вакцины», похоже, не составит большого труда.

В обозримом будущем откроются кафе и рестораны, а может быть, даже и границы. Вот только воспользоваться этими благами даже с соблюдением всех правил смогут далеко не все. Существенное снижение доходов и необходимость пересмотра системы трат — одно из самых неприятных и очевидных последствий, которое задержится в нашей жизни. Возможно даже дольше, чем маски, перчатки и социальная дистанция.

Экономика владения снова в тренде: когда у тебя есть своя дача, куда можно доехать на своей машине, стоящей у подъезда дома, где ты живешь в своей квартире, переживать коронавирусные времена оказывается намного проще, чем когда ты живешь в съемном, а ездишь на каршеринге.

Английский философ Аллен де Боттон пессимистично предполагает, что «уровень жизни откатится лет на пятнадцать назад. Мы не сможем так часто ходить в рестораны. Но нам хватит жировых запасов, чтобы не умереть с голода».

Мы возвращаемся к повседневной жизни — более внимательные к своему здоровью и уровню гигиены, более тревожные и более бедные, чем раньше. Вместе с возвращением к привычной жизни нам предстоит если не обнулиться, то совершенно точно подвергнуть существенной ревизии наши ценности, установки и привычки. Несложно, скорее всего, будет отрефлексировать, как изменились объективные параметры: уровень дохода и уровень жизни, частота поездок, форма и вид занятости. Кто-то пересмотрит свое отношение к возможности контролировать и планировать жизнь, кто-то — к владению собственностью. Сложнее оценить неизмеримые параметры, также влияющие на идентичность: что изменилось в нашей психологии и какие новые параметры и установки возникли, а какие претерпели существенный пересмотр и ревизию. Можно предположить, что появятся и новые параметры, которых не было «до», например, отношение к вирусу и необходимости соблюдать дистанцию и другие предписания по борьбе с ним. Эти процессы переосмысления уже запустились, и они требуют самого внимательного изучения, наблюдения и рефлексии.


Подписывайтесь на Telegram-канал РБК Тренды и будьте в курсе актуальных тенденций и прогнозов о будущем технологий, эко-номики, образования и инноваций.

Следующий материал: