Читайте РБК без баннеров

Подписка отключает баннерную рекламу на сайтах РБК и обеспечивает его корректную работу

Всего 99₽ в месяц для 3-х устройств

Продлевается автоматически каждый месяц, но вы всегда сможете отписаться

Эффективный альтруизм: как заниматься благотворительностью рационально

Фото: Unsplash
Фото: Unsplash
Всегда ли при совершении пожертвования нужно ориентироваться только на эмоции, на чем строится эффективная благотворительность, и почему иногда лучше помочь взрослым с ВИЧ, а не детскому дому — в материале РБК Трендов

Об авторе: Елена Самсонова, PR-директор и колумнист фонда «Друзья».

Зачастую мы выбираем, кому жертвовать, основываясь на эмоциях, которые захлестнули нас «здесь и сейчас» — при виде одинокой бабушки у метро или после просмотра сторис о больном ребенке. Но исследования показывают: к добрым делам тоже нужно подходить с умом. Разбираемся вместе с фондом «Друзья», как начать замечать тех, кто обычно не получает сочувствия, и как помогать с максимальной пользой.

На что жертвуют больше всего

Как показывает исследование фонда «Нужна помощь», больше всего пожертвований уходит самой уязвимой и открытой к эмпатии социальной группе — детям, которые нуждаются в лечении. Кроме этого, популярна помощь животным, детям-сиротам и подросткам в трудной ситуации, детским домам и домам престарелых. Это связано с психологическим «эффектом опознаваемой жертвы» — люди склонны оказывать адресную помощь под влиянием эмоционального импульса. При этом сложнее помогать тем, с кем мы себя не ассоциируем, поэтому взрослым людям поддержку оказывают менее охотно. Ведь, по мнению общества, они должны справляться со своими проблемами самостоятельно.

Какие социальные проблемы получают меньше всего поддержки

Помощь взрослым, а тем более тем, кто «сам виноват» во всех своих бедах — самая малоподвижная область фандрайзинга. Большинство людей даже с самой активной социальной позицией предпочтут поучаствовать в сборе средств на лечение конкретного ребенка, нежели на помощь бездомным. Поэтому даже при большом потоке финансирования в благотворительность как таковую, средства распределяются крайне неравномерно.

Самые «сложные» темы с точки зрения фандрайзинга: правозащитная деятельность, помощь заключенным, жертвам насилия, мигрантам, а также помощь людям с зависимостями и с ВИЧ. Их поддерживает меньше 3% жертвователей. При этом необходимость решения этих проблем в России стоит очень остро.

Люди с ВИЧ-инфекцией

В России 1 104 768 человек живет с ВИЧ, а по темпу его распространения Россия занимает первое место в Европе. Однако привлекать пожертвования на эту проблему сложно — людей с ВИЧ сторонятся и воспринимают как опасность. Дискриминация по отношению к ним есть везде: и в медицине, и на работе, и на учебе, даже когда законодательство не накладывает никаких ограничений. Это связано с отсутствием должного уровня медицинской грамотности в обществе, из-за чего продолжает распространяться как само заболевание, так и стереотипы, связанные с ним. Это усложняет и сбор данных по проблеме: из-за стигматизации в обществе не все обращаются за помощью и встают на учет.

Люди с наркозависимостью

У каждого четвертого россиянина в окружении хоть раз оказывались зависимые люди. Ежегодно в стране более 70 тыс. человек начинают употреблять наркотики, а свыше 4 тыс. — умирают от передозировки.

Как рассказывает директор по развитию благотворительной организации «Гуманитарное действие» (номер НКО-иноагента: 678 200 006) и выпускник Московской школы профессиональный филантропии Алексей Лахов, самый «вредный» стереотип заключается в том, что наркопотребители не заслуживают помощи, потому что они сами выбрали свой путь. Хотя химическая зависимость — это заболевание. У некоторых наркозависимых с детства наблюдаются нестабильная психика, депрессия и аффективные расстройства. Кто-то пережил насилие или находился рядом с зависимыми родителями. Наркотики становятся для этих людей способом самолечения, избавления от проблем.

«Люди неохотно жертвуют на помощь наркозависимым людям и людям с ВИЧ, — рассказывает Лахов, — потому что оба заболевания воспринимаются обществом через призму гедонизма, распущенности, отсутствия воли, нравственного стержня, духовности и даже определенного свободомыслия. Лучше помочь людям с ограниченными возможностями здоровья или исчезающим животным. Это не хорошо и не плохо, это данность, с которой приходится работать. И работа эта должна начинаться с просвещения общества о реальных истоках этих проблем и применения маркетинговых инструментов — «отстройки от конкурентов» и «ребрендинга» темы».

Осужденные и бывшие заключенные

Россия занимает первое место в Европе и 19-е место в мире по числу содержащихся за решеткой людей. В 2018 году зафиксировано 2 729 смертей среди заключенных, при этом 2 268 (83%) из них умерли от различных заболеваний. Во многом это происходит из-за отсутствия доступа к качественной медицинской помощи и острой нехватки медперсонала. Огромная проблема и с возвращением бывших заключенных к нормальной жизни из-за стигматизации — всего трети из них удается официально трудоустроиться. Этот замкнутый круг приводит к росту рецидивов — больше половины снова оказывается в тюрьме. Решение — вкладывать средства в создание инфраструктуры поддержки людей, которые находятся в местах лишения свободы или уже отбыли наказание. Этим, например, занимается проект выпускников Московской школы профессиональной филантропии «Желтый забор».

Бездомные

Хотя помощь бездомным в 2020 году набрала относительно высокий процент среди жертвователей (19%), эта тема до сих пор сильно стигматизирована. По словам Григория Свердлина, директора благотворительной организации «Ночлежка», собирать деньги на помощь бездомным людям сложно, так как в обществе закрепилось убеждение, что они сами виноваты в своей судьбе.

«Так работает защитный механизм человеческой психики — эмоционально дистанцироваться и убедить себя, что существует безопасный мир, где ты никогда не окажешься на улице без документов и денег, не попадешь в места лишения свободы или не заразишься ВИЧ, — говорит Свердлин. — Мы стараемся менять отношение общества к бездомным людям, персонализируя истории и показывая их личность. И вот перед вами уже не абстрактный бездомный, который сам виноват в своих бедах, а Марина Вячеславовна, бывшая учительница, которая продала квартиру, чтобы оплатить лечение сыну, и теперь оказалась на улице».

Официальных данных о количестве бездомных в России нет. По оценке специалистов «Ночлежки», на улицах Петербурга живет от 50 тыс. до 60 тыс. человек. В своих подсчетах они опираются на данные ежегодной статистики по смертности и госпитализации бездомных и не бездомных жителей города. Про Москву известно еще меньше, но очевидно, что бездомных людей там еще больше.

Фото:«Ночлежка»
«Бездомность не приговор» — как работает московская «Ночлежка»

Как помогать с максимальной пользой

Эмоциональному подходу к благотворительности все чаще противопоставляют эффективный альтруизм.

Эффективный альтруизм социальное движение, которое пропагандирует использование доказательств и расчетов для определения наиболее эффективных способов принести пользу другим.

Его идея в том, что к выбору фонда нужно подходить рационально, проанализировав ситуацию и выбрав тот вид помощи, при котором каждый вложенный рубль принесет максимум пользы. Это может показаться слишком прагматичным на первый взгляд, но именно такой подход позволит решить проблему в долгосрочной перспективе. Как в таком случае сделать выбор? По сути, критериев всего два — масштаб проблемы и ее запущенность. То есть, чем сильнее она влияет на жизнь людей и чем меньше ей уделяется внимания, тем эффективнее будет любое вложение в ее решение.

Фото:из личного архива
Как и почему нужно оценивать эффективность благотворительности

Зоны роста российской благотворительности

Чтобы понять, какие области в российской благотворительности имеют наибольший потенциал, нужно выявить зоны роста — те проблемы, в решении которых Россия значительно отстает от других стран. Фонд «Друзья» вместе с ТАСС определил такие зоны роста, сравнивая показатель YLL (years of life lost, число потерянных лет жизни. — РБК Тренды) в нашей стране и в государствах с сопоставимым уровнем развития в Восточной Европе. Автором исследования выступил Дмитрий Саава — партнер фонда «Друзья» и попечитель Московской школы профессиональной филантропии.

Основные зоны роста российской благотворительности, согласно исследованию:

  • инсульты, инфаркты и ишемические болезни сердца;
  • ВИЧ/СПИД;
  • болезни, связанные с употреблением алкоголя и наркотиков;
  • туберкулез.

Инсульты и ишемические болезни сердца — главная причина смертности россиян. Ежегодно в России происходит 450 тыс. случаев инсульта, 70% пострадавших становятся инвалидами, потому что помощь не была оказана вовремя. Однако эта сфера, как и другие из перечисленных, получают минимум средств: большая часть сборов приходится на помощь детям и онкологию. Но российская медицина и некоммерческие организации относительно хорошо справляются с этими проблемами, чего нельзя сказать о смертности взрослых людей в «зонах роста».

Екатерина Милова, директор по развитию Фонда борьбы с инсультом «ОРБИ» и выпускница Московской школы профессиональной филантропии, уверена, что людей сложно мотивировать жертвовать, потому что проблема не воспринимается обществом как острая.

«Люди убеждены, что инсульты случаются только с бабушками и дедушками и что это невозможно предотвратить, — говорит Милова. — Это очень опасный стереотип. С каждым годом инсульт молодеет — его все чаще выявляют в возрасте 15-35 лет. Поэтому нужно рассказывать о профилактике и симптомах. Это может спасти тысячи жизней, ведь 80% инсультов можно предотвратить, если вовремя обратиться за помощью».

Кроме этого, вложения в профилактику инсульта и в информирование общества о его симптомах существенно уменьшат затраты на решение проблемы, когда она уже возникла — на тяжелые нейрохирургические операции и дорогую реабилитацию. Средняя стоимость реабилитации после инсульта составляет около ₽400 тыс., при этом ее нужно проходить не один, а несколько раз, причем обычно в течение одного года, так как именно на него приходится основной реабилитационный потенциал.

Как выбрать фонд, чтобы он находился в «зоне роста»

Чтобы определиться с фондом, воспользуйтесь платформами «Русфонд.Навигатор», «Добро.Mail.ru», «Благо» или «Нужна помощь». В каждом из них только проверенные организации, у которых открыты учредительные документы, известны имена руководителей и сотрудников, а отчеты размещены на сайте Министерства юстиции. Пожертвования в эти фонды точно дойдут до адресата. Затем определитесь, какой из «зон роста» вы хотите помочь.

В России есть много фондов, которые занимаются проблемами людей, зараженных ВИЧ. Например, «СПИД.Центр» или «Дети +». Большой социальной группой, которая находится в зоне риска и по туберкулезу, и по ВИЧ, являются наркопотребители. Им помогают «Гуманитарное действие» (признано в России иноагентом) и «Позитивная волна».

Что касается фондов, которые занимаются вопросами высокой смертности от инсульта и ишемической болезни сердца, то их не так много, так как это проблема всей системы здравоохранения в целом. Однако такие организации все-таки есть, например, фонд «ОРБИ».

Бездомные находятся в зоне риска сразу по нескольким заболеваниям — алкоголизм и его последствия, инсульт и ишемическая болезнь сердца. В Москве им помогают «Ночлежка» (также работает в Петербурге), «Каритас», «Ангар спасения». Есть много других организаций, в том числе региональных. Например, в Перми работает «Территория передышки».

Фото:Joel Muniz / Unsplash
39 благотворительных фондов России: список проверенных НКО

Почему важна системная помощь

Сегодня массовые пожертвования остаются на стороне адресной помощи из-за эмоциональной вовлеченности и сопереживания историям конкретных людей, особенно детей. Поэтому стоит обращать внимание на непопулярные проблемы (например, ВИЧ) и отдавать предпочтение системной помощи. Именно регулярные (или рекуррентные) пожертвования — залог успешной работы любого фонда. Это позволяет им планировать свою работу, нанимать профессионалов, снимать помещение, покупать оборудование, а главное — своевременно помогать своим подопечным.

Еще один инструмент оказания системной помощи фондам — инвестиции в их профессионализацию. Вы можете стать попечителем Московской школы профессиональной филантропии, профинансировав обучение лидера социального проекта в любой из «зон роста» и став его ментором. Это один из способов помочь НКО стать устойчивей, научиться привлекать ресурсы и эффективно решать сложные социальные проблемы.

Обновлено 29.07.2021
Главная Лента Подписаться Поделиться
Закрыть