Читайте РБК без баннеров

Подписка отключает баннерную рекламу на сайтах РБК и обеспечивает его корректную работу

Всего 99₽ в месяц для 3-х устройств

Продлевается автоматически каждый месяц, но вы всегда сможете отписаться

IT в благотворительности: как цифровые технологии починят этот мир

Десять лет назад лишь 20% российских НКО имели свой сайт. Сейчас сектор идет по пути цифровой трансформации. Технологии помогают работать эффективнее, но в цифровой эре выживут далеко не все благотворительные организации

Об авторе: Алексей Сидоренко, руководитель «Теплицы социальных технологий».

Больше, чем бизнес — шире, чем благотворительность

«Я не хочу, чтобы вы надеялись. Я хочу, чтобы вы запаниковали. Я хочу, чтобы вы почувствовали страх, который я чувствую каждый день. А потом я хочу, чтобы вы начали действовать» — речь 16-летней шведской девочки на январе этого года на экономическом форум в Давосе молниеносно разошлась на цитаты. Два года назад о Грете Тунберг не знал никто, кроме ее родственников и одноклассников. Сегодня Грета — героиня, медиа персона и объект для достаточно смешных мемов. Хотя Грета делает акцент на экологию, в ее популярности можно увидеть глобальный запрос на то, что я называю «починка мира».

Сейчас появляется целое поколение, которое тревожится за будущее известного нам мира и стремится его «починить». Поколение «Z» (так социологи описывают людей, родившихся между 1996 и 2017 годами) значительно более социально-активно, чем предыдущие возрастные когорты.

Люди будущего: какие они — дети поколения Z и «альфа»?

Будучи значительно более компьютерно-грамотными, новое поколение обладает лучшими условиями для самостоятельного поиска информации и исследования волнующих их вопросов. Согласно исследованию Sparks and Honey (2014), 26% американских пост-миллениалов (так часто называют представителей Z-поколения) участвуют в волонтерских инициативах, 78% обеспокоены проблемой нехватки продовольствия, 76% — обеспокоены влиянием человека на планету. В России представители поколения Z не так социально-активны (а возможно, российские исследователи анализируют только политическую активность молодежи, не рассматривая смежные области жизни) как на Западе. При этом, некоторые российские исследователи отмечают, что молодежь составляет «действительно значимую часть» политического протеста.

Фото: Annie Spratt / Unsplash
Фото: Annie Spratt / Unsplash

Запрос «на починку» есть и у бизнеса. Представители бизнес-среды по всему миру анонсируют участие во всевозможного рода инициативах «починки». Огромные филантропические проекты реализуют «техно-олигархи». Например, фонд Билла и Мелинды Гейтс за 20 лет своего существования потратил различные социальные программы более $54 млрд. Теперь бизнес оценивает не только прибыль и рентабельность, но и 'social impact' — социальное воздействие или социальный эффект. Этот показатель преподносится как новый императив более просвещенного капитализма. Меняется восприятие самой сути бизнеса.

Универсальным инструментом, связывающим запросы общества, интересы просвещенного капитализма и возможности некоммерческих/благотворительных проектов стали Цели устойчивого развития ООН (ЦУР). ЦУР — это 17 групп KPI для всего мира, которые нам нужно достичь к 2030 году. Вся стандартная благотворительная повестка полностью укладывается в ЦУР. Мало того, в ЦУР укладывается почти вся экологическая и правозащитная повестка. Мы можем говорить, что с распространением ЦУР в общественном сознании, благотворительность принимает более широкое значение, чем стандартный набор «дети, сироты, люди с инвалидностью». Именно это я и понимаю под «широкой благотворительностью».

Благодаря ЦУР бизнес лучше понимает, куда в свои процессы встроить социальный эффект, «традиционные НКО» расширяют свои области воздействия, так же создаются условия для появления новых акторов в сфере «починки мира»: это уже упоминавшаяся молодежь, социальные предприниматели, представители крупного капитала, технологические стартапы, сфокусированные на ускорении прогресса в областях, описанных ООН.

Новые технологии

Невозможно изменить мир без того, чтобы не измениться самим. Пожалуй, наиболее динамичным фронтом изменений на данный момент является область цифровых технологий. Банки превращаются в IT-корпорации, производство роботизируется, а практически у каждого индивидуального предпринимателя есть если не сайт, то страничка в соцсетях. Последние несколько лет экономические форумы разных масштабов преследует очередной маркетинговый термин «Цифровая трансформация» (ЦТ). В отличие от многих других терминов, ЦТ — термин не пустой и не отражающий только сумму слов, из которых состоит. ЦТ — это не просто переход от нецифрового бизнеса/экономики/НКО к цифровому.

Недавний мем, связанный с последствиями пандемии, спрашивает: «Кто возглавил цифровую трансформацию вашей компании?». Предлагается три варианта ответа: CEO (директор), CTO (директор технологического развития) или COVID-19. И именно третий ответ обведен, как правильный:

Это шутка про бизнес, но она актуальна и для некоммерческих организаций.

Проблема с некоммерческими организациями состоит в том, что НКО (из которых преимущественно состоит «традиционная благотворительность»), как правило, использует практически все ресурсы на «спасение утопающих», внутриорганизационным инновациям дается всегда более низкий приоритет, чем таким важным приоритетам как спасение жизни или сокращение страдания. Поэтому НКО имеют свойство запаздывать с трансформацией.

Несмотря на это, в кризисных ситуациях условия выравниваются: за выживание приходится бороться всем. За считанные дни вынужденная самоизоляция вынудила и коммерческие, и некоммерческие организации сделать ту работу, которые они откладывали на потом. Те, кто к моменту карантина перенес часть своих процессов в онлайн, смогли адаптироваться к ситуации. Но те, кто до последнего держался бумажного делооборота или работы в офисе, оказались парализованы. Что интересно — совсем парализованных некоммерческих организаций, по крайней мере, в Москве, оказалось немного.

Фото: Tracy Le Blanc / Pexels
Фото: Tracy Le Blanc / Pexels

Но цифровая трансформация — это не просто удаленная работа. В Теплице мы понимаем Цифровую трансформацию некоммерческой организации как процесс, состоящий из трех элементов:

  1. Использование цифровых технологий: т.е. непосредственное использование сервисов и инструментов;
  2. Организационная культура: то, как инструменты и сервисы используются, практики совместной работы в организации;
  3. Опыт благополучателей: то, как они взаимодействуют с некоммерческой организаций с помощью цифровых инструментов: сайта, рассылки, электронного делооборота, собственных многопользовательских платформ и др.

Мы даем следующее определение Цифровой трансформации — это увеличение социального воздействия (social Impact) организаций за счет использования цифровых технологий для создания или изменения процессов внутри организаций, организационной культуры и пользовательского опыта благополучателей этих организаций.

Цифровая трансформация позволяет некоммерческим организациям выстраивать внутренние процессы по моделям, схожим с бизнесом, а также дает возможность оцифровать и показать, даже в реальном времени, свой социальный эффект.

Цифровая трансформация делает НКО более оперативными, гибкими и близкими своей аудитории. Близость к аудитории фиксируется, например, исследованиями Высшей школы экономики. Согласно исследованию Ирины Мерсияновой, за последние десять лет произошел стремительный рост сайтостроения среди НКО. В 2009 году сайты были только у 22% опрошенных организаций, а в 2019-м на 30%, больше, чем у половины. Сайты, рассылки, социальные сети, инновационные формы фандрайзинга — эта «новая близость» НКО к своим аудиториям повышает и узнаваемость НКО, и число пожертвований (разумеется, в некризисное время), способствует как включению молодежи, так и появлению новых digital-first (т.е. рожденных в цифре) инициатив.

Руководительница CAF Russia Мария Черток называет этот процесс «демократизацией благотворительности». «Сейчас каждый может стать донором и благополучателем. Во многом это связано с развитием цифровых технологий», — заявила она, выступая на конференции Форума Доноров.

Новые требования к благотворительности

Вместе с возможностями к благотворительности повышаются и требования. И бизнес, и индивидуальные доноры хотят лучше понимать результаты деятельности НКО, на что они жертвуют. Кроме того, по всему миру появляется больше данных об эффективности различных форм благотворительных интервенций — с количественными результатами и научным объяснением причинно-следственных связей.

Для тех, кто профессионально занимается благотворительностью, сейчас востребованными оказываются такие качества как технологическая грамотность, умение управлять командой в условиях, когда нет общего физического пространства или четкой иерархической системы подчинения, умение формулировать свои мысли письменно, аналитические способности и навыки работы с данными, цифровой этикет и коммуникация с внешними акторами (как с обезличенной аудиторией на страницах Фейсбука, так и с крупными донорами в e-mail-переписке). Для по-настоящему прорывных проектов требуются навыки креативности, понимание современных технологий в смежных бизнес-областях (например, для успеха в фандрайзинге необходимо следить за прогнозами Gartner в области CRM, т.к. именно оттуда в фандрайзинг идут многие технологические инновации), и многие другие.

Алексей Сидоренко
Алексей Сидоренко (Фото: Предоставлено Теплицей социальных технологий)

Цифровая трансформация может вывести социальное воздействие на качественно новый уровень — но это мучительный процесс, так как далеко не все акторы гражданского общества готовы понять, как действовать по-новому. Но что еще сложнее — признать, что они что-то делали неправильно.

Примеры: технологии чинят мир

Настоящую технологическую революцию сейчас переживают медицина и образование. Это несомненно окажет влияние на решение социальных проблем и изменит работу некоммерческих и благотворительных проектов.

Не исключено, что благодаря развитию генной терапии удастся закрыть целую область проблем, которыми занимаются многие НКО — например, победить редкие или раковые заболевания. Разумеется, остается вопрос цены продвинутой медицины, но по мере созревания и удешевления технологий «медицинская благотворительность» (т.е. связанная с помощью больным) сможет помочь значительно большему числу людей, а возможно и искоренить многие проблемы навсегда.

Развитие образовательных технологий, которые массовому читателю доступны сейчас в виде обилия онлайн-курсов, помогает НКО заниматься просветительской деятельностью значительно эффективнее. Например, Фонд «Арифметика добра» использует облачные технологии для организации онлайн-уроков для 1307 детей-сирот. Без новых технологий подобная деятельность требовала бы огромных ресурсов. Помимо этого, новые образовательные технологии помогают самим организациям лучше передавать накопленный опыт — как своим сотрудникам, так и всем остальным. Этот процесс создает более питательную среду для обмена опытом и профессионального роста сотрудников НКО.

«Теплица социальных технологий» — просветительский проект, миссия которого сделать некоммерческий сектор России сильным и независимым с помощью информационных технологий. «Теплица» обучает сотрудников некоммерческих организаций и представителей инициативных групп новым технологиям, развивает диалог между гражданскими активистами и IT-специалистами. Благодаря программе «TeploDigital» некоммерческие организации могут получить доступ по специальной цене к продуктам Microsoft, Google, Symantec, Autodesk, AirBnB, Amazon, Zoom и другому программному обеспечению. Это помогает экономить бюджет и эффективно использовать информационно-коммуникационные технологии.


Подписывайтесь и читайте нас в Яндекс.Дзене — технологии, инновации, эко-номика, образование и шеринг в одном канале.

Следующий материал: