Читайте РБК без баннеров

Подписка отключает баннерную рекламу на сайтах РБК и обеспечивает его корректную работу

Всего 99₽ в месяц для 3-х устройств

Продлевается автоматически каждый месяц, но вы всегда сможете отписаться

«Мы учимся договариваться»: тезисы образовательной дискуссии на ПМЭФ-2021

Фото: Shutterstock
Фото: Shutterstock
Непрерывное обучение становится новым образом жизни и помогает EdTech-компаниям кратно расти. О том, что не так с педагогикой, как мотивировать взрослых и что мешает EdTech — обсудили на панельной дискуссии ПМЭФ

О панельной дискуссии

ПМЭФ — это Петербургский международный экономический форум, который проходит ежегодно с 1997 года. В рамках форума ПМЭФ-2021 прошла панельная дискуссия гендиректоров и основателей международных образовательных цифровых платформ.

В дискуссии участвовали:

  • гендиректор Geekbrains Александр Волчек,
  • гендиректор Российского общества «Знание» Максим Древаль,
  • гендиректор Skillbox Дмитрий Крутов,
  • управляющий партнер Skyeng Александр Ларьяновский,
  • гендиректор Coursera Джефф Маджионкальда,
  • гендиректор АНО «Корпоративная академия Росатома» Юлия Ужакина.

Что не так с сегодняшней педагогикой

В России существует образовательный парадокс: с одной стороны, в стране высокий охват высшим профессиональным образованием — такие дипломы получили 60% населения, с другой стороны — этот охват не сопровождается высокой производительностью или инновационностью. Образовательная система стоит перед большими вызовами, но что не так с педагогикой?

Полная запись дискуссии

Александр Ларьяновский: «У нас страна всепоглощающей, абсолютной некомпетентности. Каждый, кто набирает сотрудников, знает, как трудно найти по-настоящему хорошего специалиста.

В России хорошее покрытие выданных дипломов, но вузов, которые дают качественное образование, очень немного. С педагогикой у нас нет проблем, у нас проблема с социальным заказом на изменения в образовании. В России нет заказчика, который бы хотел, чтобы было по-другому. Есть множество людей, которые этого хотят, но они не заказчики.

Например, проблема школы в том, что никто не приземляет знания на реальную жизнь.

В начальной школе все учатся хорошо, потому что все понимают, что делать с этими знаниями. В средней и старшей школе никто этого не объясняет.

Мы не знаем, как правильно. Но каждый день придумываем и проверяем гипотезы. Перебором лучших гипотез мы пытаемся приблизить будущее. Проблема в том, что у нас недостаточное количество денег и времени, чтобы провести все эксперименты, с которыми можно что-то сделать».

Фото:Илья Смирнов / Росконгресс
Экономика образования Александр Ларьяновский — РБК: «У нас всегда учили людей, но не человека»

Юлия Ужакина: «Проблема не только в педагогике. Проблема в родительстве. Родители не понимают, какие ценности вкладывать в детей, потому что сами еще не определились. Еще есть статус-кво российской культуры, который нужно проанализировать и принять. Поэтому выпускников вузов мы стараемся не только доучивать, но и доращивать как людей.

Очень важно следить не только за тем, какие знания вы приобретаете в профессии, но и какими людьми выходите из вузов.

Важно быть зрелым человеком, тренировать базовые человеческие качества: волю, любопытство, умение учиться — то, что вузы сейчас не тренируют. Тогда все перспективы будут открыты».

Максим Древаль: «Мы оказались в замкнутом круге. У нас много дипломов, потому что это главный показатель и мотиватор, но дипломы лишь условно показывают образованность. Это не приводит к дальнейшему успеху в жизни. Из-за этого показателя студенты все менее мотивированы вкладываться в процесс, выходят не очень компетентными. При этом сами компании все меньше смотрят на высшее образование работника.

Дело не в форме, не в преподавателях и старых подходах, а в системе.

Нужно поменять одно из ее звеньев. Например, начать с мотивации вузов, — чтобы они нацеливались не на формальные критерии успеха, а на то, что реально связано со знаниями и успехом студентов в профессии».

Фото:Антон Новодережкин / ТАСС, Who is Danny / Shutterstock
Экономика образования Охранная грамота: останется ли диплом гарантией статуса и успеха

Дмитрий Крутов: «Не соглашусь, что у нас есть проблемы с педагогикой. Но в России есть проблемы административного характера и персонала существующих образовательных институций. Изменения форматов и развитие, которые необходимы сейчас, — административное решение. Для этого нужна административная воля.

Я убежден, что надо обучать не педагогов новым подходам, а профессионалов с рынка — педагогике. Мы не можем говорить о том или ином предмете вне контекста.

У людей запрос в образовании на приближение к реальному, живому, настоящему. А живое и настоящее дают те, кто прямо сейчас находятся в отрасли. Кажется, что при подготовке профессионалов нужно обучать их педагогике. Педагогика должна стать предметом для каждого профессионала, чтобы каждый мог передавать свои знания. При этом когда мы говорим о школе, то навешиваем на преподавателя огромное количество чужих задач. Ставим ему в укор, например, то, что учитель не плохо раскрывает предмет, а плохо воспитывает ребенка».

Как вовлечь взрослых людей в обучение

Доля вовлеченных в неформальное послеуниверситетское дополнительное образование в России отстает от мирового показателя. В стране он остается на уровне около 20%, а в развитых странах доходит до 50%. Учиться сложно, а взрослым — еще сложнее.

Максим Древаль: «Но спрос на просвещение, обучение, развивающий контент растет. Он вырос за пандемию и продолжает расти. У молодежи этот показатель гораздо выше 50%. Часто мы не мотивированы, потому что не верим, что это поможет в жизни. Это как с высшим образованием — мы не хотим учиться, потому что не уверены, что это поможет найти работу.

Поэтому вовлечь — одна из наших ключевых задач. Например, мы провели марафон «Новое знание», который собрал более 70 млн просмотров. Нам удалось собрать там самых выдающихся людей из науки, культуры, искусства. К нам присоединился и Илон Маск. История, когда мы вовлекаем интересных людей в просветительскую деятельность, — во многом мотиватор. Истории успеха и демонстрация опыта сильно заряжает».

Выступление Илона Маска на форуме «Новое знание»

Юлия Ужакина: «Предлагаю убрать дополнительное и просто говорить про образование. Сейчас запрос на новые знания нельзя обесценивать. Знание ценно само по себе. Людям иногда некогда учиться, но ценность получения знания точно есть. Это не зависит от региона, уровня знаний, возраста. У всех мотивация разная, своя «кнопка». У нас, например, есть люди, которые постоянно учатся, чтобы их дети гордились».

Александр Волчек: «Школьнику нужно поступить в 5, 10 класс, потом поступить в университет и выпуститься, а дальше — трудоустроиться. Во всех нас базово заложена основополагающая цель — пройти по ступеням образовательной системы. Как можно взять и пропустить год школы, как можно после школы не идти сразу в университет и подождать, как можно приостановиться в работе и пойти куда-то учиться? Нам это трудно.

Если человек поступает лишь ради поступления и получения диплома, вряд ли произойдет что-то хорошее. Важно объяснять человеку, как управлять своей траекторией.

Например, когда я поступил на программиста, то не понимал, что с этим потом делать. Когда я устроился на первую работу, то пришел туда неосознанно. Поэтому сейчас при первом посещении нашей платформы мы стараемся собрать не просто цифровой след и абстрактные данные, а точно понять, что конкретному человеку нужно».

Фото:Евгений Реутов / Росконгресс
Экономика образования Какая самая перспективная карьерная траектория — мнение спикеров ПМЭФ

Александр Ларьяновский: «Поскольку мы живем в век потребительского терроризма, когда клиент всегда прав, то как бизнес мы где-то потеряли разборчивость. То, чему EdTech нужно учиться у лучших университетов мира — это разборчивости. Не надо брать всех во всё. Бизнес должен выбирать учеников так же, как ученики выбирают бизнес. Тогда проблемы с мотивацией не будет.

Сейчас тестируют модель, когда мы учим человека бесплатно, а после того как он окончил обучение и устроился на работу с определенным порогом зарплаты, он начинает выплачивать комиссию. В отличие от кредита, все риски переходят от человека образовательной компании. Поэтому компании нужно убедиться, что человек хочет учиться. Здесь очень важно выбирать.

Очень часто люди приходят к нам не за образованием и навыками, а чтобы понять, что это такое. Поэтому мы видим низкую доходимость, которую ставят в вину EdTech, потому что образование путают с просвещением.

При этом проблема в том, что мы сильно отделены от результатов своего труда. Между нами и результатами работы стоят тысячи людей и целые годы. Поэтому многие люди приходят к нам, чтобы понять, на что они способны, чтобы собой гордиться. Это очень важная ценность, которую мы даем. Я хочу, чтобы люди гордились не только страной, которая была 70 лет назад, но и своей текущей жизнью».

Дмитрий Крутов: «На Skillbox до конца курса доходят 26% учащихся. Я считаю, что это сильный показатель. При этом 88% людей, которые хотят трудоустроиться, устраиваются на работу. Это второй ключевой показатель, потому что одна из задач, которую решают наши студенты, — изменения в карьере. Наша задача — создать условия, в которых человек делает осознанный выбор.

Человек с личным выбором — тот специалист, в котором мы все нуждаемся. Поэтому мы должны создавать среду, в которой человек будет делать личный выбор, но не мотивировать его.

При этом онлайн-образование в чистом виде не работает. Поэтому мы не создаем онлайн-учебники, мы занимаемся образованием во всех смыслах этого слова. На большинстве треков с гарантированным трудоустройством обязательно посещение конференций и воркшопов. Потому что контактность — очень важна.

Джефф Маджионкальда: «Мотивация важна. Большая часть мотивации взрослых студентов — экономические и профессиональные возможности. В программах Coursera, которые дают навыки, есть сертификаты. С помощью сертификатов студенты могут подтвердить свою квалификацию перед работодателем. Именно поэтому учащиеся имеют такую высокую мотивацию».

Фото:из личного архива
Экономика образования Глава Coursera Джефф Маджионкальда: «Учиться придется всю жизнь»

Когда технологии изменят образование

Благодаря технологиям теперь у каждого есть равный доступ к качественному образованию, хоть проблема неравенства все еще актуальна. Основные преимущества технологий в образовании — доступность и удобство, возможность индивидуализации и взаимодействие с другими людьми. Но когда цифровой помощник сможет адаптировать образовательный контент под запросы конкретного студента?

Александр Ларьяновский: «Все необходимые кусочки для этого есть. Не созрела рыночная ситуация, чтобы дефрагментировать данные. У «Росатома» есть данные о сотрудниках Skyeng, а у Skyeng есть данные сотрудников «Росатома», потому что они у нас учились. Но эти данные никто не пытался единообразить. Чтобы что-то следующее случилось, должна произойти консолидация данных.

Но даже в более чувствительных к данным сферах этого еще не произошло. Например, в медицине. Наша медицинская история плавно размазана по всем медицинским учреждениям, в которые мы когда-то заходили. И ее еще нигде не собрали. Мы следующие за медициной. Это ответ на вопрос «Когда?»

Что мешает EdTech компаниям

Skillbox запускает первые программы высшего образования полностью в онлайн-формате. Но влияют ли онлайн-университеты на образовательную государственную систему в целом и что мешает EdTech компаниям?

Дмитрий Крутов: «Вузы нуждаются в данных и нашем опыте и так же, как и мы в них. Программы, которые мы запускаем — это попытка наладить коммуникацию. Есть очень много стереотипов с обеих сторон, но эти барьеры — человеческие. Чем больше совместных программ мы сделаем, тем будет меньше таких барьеров. Самая большая сложность — не конкурировать, а взаимодействовать.

Мы — платформы и государственные институции — учимся договариваться. Нам нужно правильно выстроить диалог, чтобы сформировать правильную коммуникацию для всего рынка образования».

Обновлено 10.06.2021
Главная Лента Подписаться Поделиться
Закрыть