Об эксперте: Андрей Глухов, операционный директор AppScience.
Масштаб перестройки мировой логистики из-за конфликта на Ближнем Востоке глобальный. После начала боевых действий США и Израиля против Ирана 28 февраля 2026 года поток нефти и нефтепродуктов через Ормуз резко снизился, до менее 10% от довоенного уровня, а страховые премии по военным рискам в Персидском заливе выросли кратно, местами до пяти раз.
Одновременно консалтинговая компания в области логистики Drewry зафиксировала новый рост мирового контейнерного индекса (World Container Index, WCI; средняя стоимость перевозки): к 12 марта 2026 года WCI прибавил 8% за неделю, в том числе на фоне подорожания маршрутов Азия — Европа. Это важный индикатор: шок из зоны конфликта быстро транслируется далеко за пределы нефтяного рынка — в контейнерную логистику, стоимость сырья и оборачиваемость запасов.
Шоковый эффект
Конфликт на Ближнем Восток за считаные дни перекроил карту мировой логистики. Он затронул ОАЭ, Саудовскую Аравию, Бахрейн, Катар и Кувейт. Иран в ответ фактически закрыл Ормузский пролив — артерию, через которую шло около 20% мировой нефти и до 30% сжиженного природного газа.
Пострадала не только морская логистика, но и авиаперевозки. ОАЭ были одним из крупнейших транзитных хабов для импорта в Россию, и товары доставлялись преимущественно через авиатранспорт. Из-за ракетных атак Ирана многие рейсы из Дубая отменились, товары поступают из ОАЭ до сих пор с перебоями.
Быстрее других эффект от конфликта ощутили отрасли с высокой чувствительностью к срокам, допускам и сертификации: фарма, электроника, промышленная комплектация, а также все сегменты, где сложно быстро поменять поставщика без повторной квалификации. Для них задержка поставок — это не только рост цены, но и риск остановки производственного цикла и каскадного сдвига контрактных обязательств.
Даже кратковременное нарушение температурного режима при перевозке активной фармсубстанции может привести к потере ее свойств и сделать компонент непригодным для дальнейшего использования. В таком случае производителю приходится заново размещать заказ у поставщика, а с учетом сроков производства, контроля качества и доставки это способно сдвинуть выпуск препарата на месяцы. Поэтому для фармацевтики любой логистический сбой быстро выходит за рамки операционной проблемы и напрямую влияет на доступность лекарств для пациентов.
На практике именно в таких категориях устойчивость цепочки оказывается важнее, чем экономия на тарифе. И все ключевые игроки на рынке это понимают и корректируют свои операционные модели под новые реалии.
Ситуация на Ближнем Востоке еще раз подтверждают главный тренд современной логистики последних лет: компании больше не строят цепочек поставок вокруг одного наилучшего маршрута. Они строят их вокруг заранее подготовленного набора альтернатив — с планом B, C, а иногда и D. Иначе невозможно обеспечить надежность и предсказуемость поставок.
Почему Ближний Восток — катализатор изменений
Ближний Восток — это узел сразу нескольких критических потоков: энергоносители, контейнерное судоходство, перевалка (дополнительное объединение нескольких поставок, разделение партии на разные способы доставки), авиационные коридоры и реэкспортные хабы. Как только зона риска расширяется, дорожает не только физическая перевозка, но и сама цена предсказуемости: страховка, оборотный капитал, буферные запасы, стоимость срочной замены маршрута.
ОАЭ, как правило, выступали хабом для поставок, так как в стране мало своего производства. Текущая ситуация еще больше подтолкнет к тому, чтобы в качестве хабов активнее использовались запасные варианты, такие как Турция, Гонконг, Катар, Вьетнам.
Если смотреть на международные логистические маршруты в Россию шире, то увидим следующую картину. Для поставок между, например, Азией и Россией текущая ситуация является дальнейшим стимулом по уходу от линейной модели. Если раньше поставки шли по заранее настроенным морским маршрутам с привязкой к одному ключевому хабу, то теперь логистика становится более гибкой и многовариантной: компании комбинируют несколько точек входа, разные юрисдикции, разные типы плеча — море, авто, железную дорогу и транзитные склады.
Как сейчас выглядят поставки фармы в Россию
Сегодня государства отвечают привычным набором антикризисных мер: обсуждают военное сопровождение судов, расширяют страховые механизмы и ищут альтернативные экспортные плечи. Компании увеличивают буферные запасы, заранее бронируют альтернативные коридоры, переводят часть закупок на поставщиков из других стран, тем самым снижая зависимость от одного вида маршрутов.
В этом смысле кризис вокруг Ирана ускоряет переход от модели поставок с минимальными запасами и расчетом на точную, бесперебойную логистику к более дорогой, но и более устойчивой системе — с резервными маршрутами, дополнительными запасами и дополнительными поставщиками на случай сбоев.
Для России ключевое последствие — не просто рост логистических издержек, а снижение предсказуемости импортного снабжения. Для рынка это означает три вещи:
- Растет значимость «дружественных» хабов.
- Гибкость маршрута становится постоянной статьей затрат.
- У компаний с отлаженной многоканальной логистикой появляется конкурентное преимущество: в турбулентности они не только меньше теряют, но и могут быстрее забирать долю у менее подготовленных игроков.
На фоне того, что параллельный импорт в России по-прежнему остается значимым каналом поставок, устойчивость транзитных стран становится вопросом уже не удобства, а операционной непрерывности.
Несмотря на то что с 2022 года многие фармпроизводства старались максимально перейти от европейского и американского сырья либо на аналоги, произведенные в Китае и Индии, либо на российское сырье, доля импорта из западных стран остается довольно высокой. Для того чтобы удовлетворить такой запрос, дистрибьюторы сырья действуют четырьмя разными способами:
- Берутся производить нужное сырье в России самостоятельно, для этого сейчас представляется множество льгот и поддержки со стороны Минпромторга и других профильных ведомств. Это наиболее предпочтительный вариант на данный момент, так как он позволяет не только развивать экономику России, но и наиболее устойчив к внешним изменениям.
- Помогают фармкомпаниям найти аналог европейского сырья, не уступающий по качеству.
- Находят поставщика сырья преимущественно в Китае или Индии. Это самый простой путь, и он не уникальный. В данном случае азиатские поставщики напрямую импортируют сырье из Европы и США, а далее продают в России. С этим успешно может справиться практически любая компания на рынке либо сама фармкомпания, используя свои внутренние ресурсы.
- В редких случаях строят цепочку поставок сырья, пользуясь услугами посредников, которые позволяют привозить грузы из Европы и США через транзитные страны. В отличие от третьего пункта такой способ более рискованный, однако более маржинальный для компании, так как нет наценки азиатского поставщика и под контролем большая часть цепочки поставок. Это особенно важно в случае с фармпоставками, так как ко многим грузам применяются особые требования к качеству перевозки: влажность, температурный режим. Однако в условиях постоянного ужесточения санкций к такому способу доставки прибегают крайне редко и, как правило, совсем небольшие дистрибьюторы.
Появление новых цепочек поставок
Начиная с 2022 года все российские поставщики уже привыкли к тому, что нужно всегда иметь несколько запасных каналов поставки. Мы в AppScience тоже заранее исходили из того, что в текущей геополитической конфигурации логистика не может строиться вокруг одного маршрута.
С начала конфликта поставки с ближневосточного направления были сразу переключены на другие юрисдикции, благодаря чему влияние на цепочки поставок оказалось минимальным. Другие компании-поставщики поступили аналогичным образом, хоть и с разной скоростью реакции. Мы использовали как другие страны Ближнего Востока, так и страны Азии. От решения до первых поставок по другим маршрутам прошло меньше недели. Итоговая себестоимость поставок практически не изменилась из-за того, что запасные варианты использовались не впервые, различие с изначальным вариантом в сроках было менее двух-трех дней, а в стоимости — менее 5%.
Именно это сегодня и становится новым стандартом зрелой гибкой логистики: устойчивость обеспечивается не героическим ручным управлением в момент кризиса, а заранее спроектированной сеткой вариантов, которые можно применить максимум в течение недели в случае недоступности основного канала поставки.
При этом для авиаперевозок есть незначительное влияние закрытия ОАЭ. Ставки на транзитные маршруты через другие юрисдикции поднялись, однако это не критическое изменение. Для морских поставок ситуация аналогичная. Ввиду переброски поставок на другие маршруты стоимость альтернативы выросла, но тоже не особо значительно.
Текущая ситуация с ОАЭ и странами Ближнего Востока не сломала схему поставок для фармкомпаний и поставщиков для данной индустрии. Небольшое влияние на поставки есть, но в большей степени это рост стоимости перевозок на альтернативных маршрутах.
Безотносительно того, как быстро прекращаются активные боевые действия, логистику финально построят компании из всех индустрий в течение ближайших двух-трех недель. Те, кто адаптируется быстро, сделали это в течение ближайшей недели с момента конфликта, сейчас подтянутся догоняющие.
В России реакция бизнеса уже перешла из режима ожидания в режим конкретных действий. Так, FESCO в марте впервые вывела контейнерный сервис на прямой судозаход в Джидду, фактически усиливая маршрут через Красное море как альтернативу цепочкам, завязанным на Ормузский пролив. Крупный ретейл, напротив, делает ставку на устойчивость уже собранных цепочек: «Магнит» публично заявил, что не ожидает перебоев в ассортименте.
Рынки, завязанные на параллельный импорт, отреагировали жестче: поставки автомобилей и запчастей через Иран и ОАЭ начали сбоить, и рыночные игроки перешли к срочному поиску обходных маршрутов. Но в условиях постоянных изменений те, кто медленно реагирует на такие события, рискуют остаться на обочине бизнеса и не только подвести своих клиентов, но и постепенно свести свою долю на рынке на нет, оставив все более продуманным конкурентам.
➤ Подписывайтесь на телеграм-канал «РБК Трендов» — будьте в курсе последних тенденций в науке, бизнесе, обществе и технологиях.