Читайте РБК без баннеров

Подписка отключает баннерную рекламу на сайтах РБК и обеспечивает его корректную работу

Всего 99₽ в месяц для 3-х устройств

Продлевается автоматически каждый месяц, но вы всегда сможете отписаться

Дмитрий Лисогор — РБК: «Телемедицина отвечает на вызовы коронавируса»

Фото:Philips
Фото: Philips
Заместитель гендиректора по цифровому здравоохранению Philips в России и СНГ Дмитрий Лисогор рассказал в интервью РБК о внедрении телемедицинских сервисов и первом опыте по использованию ИИ

Об эксперте

Дмитрий Лисогор, заместитель гендиректора по цифровому здравоохранению Philips в России и СНГ. С 2018 года возглавляет в компании департамент цифровых технологий в медицине. Курирует проекты по цифровизации здравоохранения, в том числе в области телемедицины и систем поддержки принятия врачебных решений.

До прихода в Philips работал в сфере ИТ. Окончил Московский Энергетический Институт по специальности «Вычислительные машины, системы и сети».

— Как вы оцениваете уровень развития телемедицины в России на сегодняшний день?

— На этот вопрос можно смотреть с двух сторон. С одной стороны, у нас довольно много технологических наработок, интересных идей и перспективных проектов в области телемедицины.

К тому же государство уделяет достаточно пристальное внимание этому направлению. В рамках Единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения создается платформа для телемедицинских консультаций. И многие лечебные учреждения начинают их применять. Прежде всего, в формате «врач — врач», но появляются и решения для пациентов.

С другой стороны, присутствуют и некоторые регуляторные ограничения. Телемедицинские технологии можно использовать лишь при определенных сценариях. Кроме того, большинство врачей пока не готовы применять эти решения для взаимодействия с пациентами.

Скорая удаленная помощь: что такое телемедицина и как она работает Фото:Unsplash

— А если сравнивать с другими странами, то какое место мы занимаем с точки зрения развития телемедицинских решений?

— Такого рейтинга в мире нет, и его довольно сложно было бы составить. Измерять развитие данной сферы по объему денежных средств, которые тратятся на телемедицинские услуги, бесполезно. Ведь их стоимость в разных странах очень отличается. Например, средний чек в российской и, допустим, американской системе здравоохранения сильно различается.

Если оценивать рынок по количеству проводимых консультаций, то здесь, наверное, мы не войдем даже в десятку. Здесь нас значительно опережают и США, и Великобритания, и часть европейских стран, где уже давно создана инфраструктура, а общество и врачи готовы к использованию телемедицинских технологий.

— Насколько российская телемедицина была готова к тем задачам, которые поставила перед ней пандемия?

— С технологической точки зрения — довольно хорошо. Мы наблюдали несколько удачных проектов. Например, в Москве очень оперативно развернули телемедицинский центр. Отсюда велись консультации и наблюдение больных с легкой формой коронавируса, которые находились на домашнем лечении.

Наверное, многие видели фотографии из этого центра — современный open space, звуковые кабинки, где врачи консультируют пациентов. Это и есть телемедицина в действии.

— Что удалось, а что — не очень в плане использования телемедицины во время пандемии?

— Среди позитивных моментов можно отметить организацию телемедицинских центров в столице и некоторых других регионах.

Philips делал много подобных проектов по всему миру, оперативно разворачивая системы поддержки удаленного наблюдения за пациентами. Такие примеры были реализованы в Великобритании, Саудовской Аравии, Польше и многих других странах. Поэтому нам есть, с чем сравнивать. И на наш взгляд, в Москве все было сделано на высоком уровне.

Но нельзя сказать, что телемедицину в ситуации с пандемией активно использовали по всей стране. Скорее, речь идет о нескольких лидирующих регионах.

— Можно ли сделать то же самое на федеральном уровне?

— Мы общались со многими регионами. Большинство из них не планировали внедрение телемедицинских технологий заранее. А в разгар первой волны было уже поздно браться за такие проекты.

При этом разработчики и производители были готовы разворачивать системы для удаленных консультаций. Их можно внедрить и запустить за считаные недели и таким образом обеспечить удаленную поддержку для заболевших коронавирусом и тех, у кого есть подозрение на этот диагноз.

В условиях пандемии крайне важно, чтобы люди могли куда-то обратиться за консультацией специалиста. Иначе начинается паника и человек совершает необдуманные действия — например, бесконтрольно принимает лекарства или идет на КТ проверять легкие без назначения врача.Такие пациенты своими действиями могут не только навредить своему здоровью, но и заразить других людей или заразиться сами.

Во время первой волны на федеральном уровне рассматривался законопроект, расширяющий применение телемедицинских консультаций в ситуации с коронавирусом. Но первая волна пошла на спад, и законопроект дальше не двинулся. Поэтому масштабного внедрения услуги на федеральном уровне пока не происходит.

— В регионах вообще есть технические возможности для разворачивания телемедицинских сервисов?

— Уровень автоматизации здравоохранения в регионах не такой низкий, как принято считать. Национальная программа по информатизации и усилия Минздрава дают свои плоды. Почти везде проведен неплохой интернет, есть инфраструктура внутри поликлиник и больниц. На этой базе можно дальше развивать телемедицину.

Конечно, нужно создавать и разворачивать специальное ПО, обеспечивать авторизацию пользователей. Но я уверен, что если бы государство открыло двери для сотрудничества, попросило поддержки, то многие производители сделали бы это на вполне комфортных условиях.

В одних случаях это может быть благотворительность, в других — отложенная оплата. Мы все понимаем, что проблема коронавируса — общая, и реагировать на нее надо как можно быстрее. Тем более, что для компаний это возможность показать свои технологии в действии.

Максим Кузнецов — РБК: «Телемедицину ждет мощное развитие» Фото:Philips

— Думаете, на фоне второй волны получится это сделать?

— Хороший вопрос. Весной и летом специалисты прогнозировали вторую волну на октябрь—ноябрь. И мы ожидали, что начиная с августа будет активный спрос на решения, связанные с профилактикой коронавируса, в том числе в области ИТ.

По факту была обратная ситуация. Многие проекты были приостановлены, почти никто из регионов не стал дальше развивать это направление.

— Дело только в проблемах с планированием?

— Не совсем. Нужно учитывать, что во время первой волны регионы тратили резервные фонды на борьбу с пандемией, и многие исчерпали средства. Возмещения от федерального правительства начались только летом, то есть деньги не сразу вернулись в региональные бюджеты.

К тому же у нас довольно сложные и долгие закупочные процедуры. Возможно, властям просто не хватило времени, чтобы сориентироваться и запустить проекты.

Но очередная волна коронавируса доказывает пользу и необходимость таких технологий. Значит, постепенно будет проходить их адаптация и внедрение.

— Законопроект об удаленной постановке диагноза застрял на этапе обсуждения в экспертном сообществе. Может ли телемедицина развиваться без него?

— На самом деле того, что диагноз можно уточнять с использованием телемедицинских технологий и вести удаленное наблюдение за пациентом, уже достаточно. Проблемы здесь возникают только у тех компаний, которые существуют исключительно онлайн и не могут обеспечить первичный прием. Но телемедицина как отрасль прекрасно развивается и в нынешних законодательных условиях.

Диагноз по селфи: какими бывают телемедицинские приложения Фото:Александр Колбасов / ТАСС, RossHelen / Shutterstock

— Какие технические решения нужны для индустрии в первую очередь?

— Помимо устойчивой телекоммуникационной инфраструктуры, важное место занимают вопросы безопасности. В мире учащаются атаки на сервисы с целью получения персональных или медицинских данных пациентов. А поскольку такой информации становится все больше, средства защиты должны развиваться.

Еще один непростой момент — наличие медицинских устройств, которые могут находиться на дому у пациентов и расширить возможности снятия симптомов и удаленного мониторинга.

Казалось бы, в чем проблема, если на AliExpress есть множество разных приборов? Но врач не может использовать в своей работе данные, которые получены с устройств, не зарегистрированных как медицинские изделия.

Список таких продуктов в мире не очень широкий, а в России их и того меньше. Но думаю, в ближайшие годы мы увидим здесь некоторый прорыв.

— Какое место в телемедицине сегодня занимает ИИ?

— Здесь это не самая распространенная история. В основном ИИ используется в чат-ботах и виртуальных помощниках, которые общаются с пациентами.

Но в целом технологии ИИ могут успешно применяться вне зависимости от формы приема — очной или дистанционной. Например, есть российские разработки, в которых искусственный интеллект анализирует карту пациента за много лет, может предположить тренды заболеваний и подсказать их врачу.

— Насколько востребованы такие решения в медицине, прежде всего, государственной?

— Об ИИ много говорят, но практических проектов пока немного. Москва, например, довольно широким фронтом внедряет системы поддержки принятия врачебных решений в разных звеньях.

— Такие системы предполагают, что ИИ будет давать врачам подсказки. Но насколько эти подсказки точны и надежны?

— Прежде чем внедрять искусственный интеллект в работу, алгоритмы проверяют на точность. Но здесь пока нет устоявшихся практик и есть некоторые сложности.

ИИ — это, как правило, постоянно обучающаяся машина, которая с каждым днем становится все умнее. Меняющийся алгоритм невозможно проверить с точки зрения клинических результатов. Поэтому его сначала надо зафиксировать в каком-то виде и протестировать.

Кроме того, иногда точность алгоритмов может ухудшаться — например, при использовании в другой стране или при работе с популяциями людей со своими расовыми или этническими особенностями. Далеко не всем под силу создать универсальные решения.

Но главное, для обучения и тестирования алгоритмов нужны надежные исходные данные. Датасеты, которые используют разработчики, — это не просто набор информации, а подтвержденные врачами диагнозы. Поэтому так важно участие в разработках государственной системы здравоохранения, которая этими данными располагает.

Победа алгоритмов: что ждет в будущем системы искусственного интеллекта Фото:vchal / Shutterstock

— Не потеряют ли рядовые врачи часть своей квалификации, опираясь на подсказки ИИ?

— Тут важно найти правильную точку для применения алгоритма. Речь идет об использовании ИИ в рутинных сценариях, таких как скрининг.

Например, если мы говорим о скрининге рака легких, то для выявления возможных очагов заболевания врачу нужно изучить снимки КТ. Но большинство пациентов с высокой вероятностью окажутся здоровы: у них на КТ не найдут никаких отклонений. Из условных 100 снимков только на нескольких обнаружатся проблемы.

Чтобы врач не тратил время и силы на отсматривание всех снимков, сначала это может сделать ИИ. Он быстро обработает весь массив изображений и подскажет врачу только те несколько проблемных или сомнительных случаев, по которым специалист сам примет решение исходя из своего опыта.

Компетенция врачей вряд ли сильно пострадает от того, что они не будут изучать заведомо «пустые» снимки. Но нагрузка снизится, и они смогут больше времени уделять сложным случаям и пациентам в целом.

— Philips участвует в московском эксперименте по использованию технологии ИИ в здравоохранении. В чем его основная цель и есть ли уже первые итоги?

— Эксперимент позволит проверить несколько алгоритмов на действительно больших объемах данных. Мы участвуем в нем в качестве разработчика. Наш алгоритм уже проанализировал около 2 тыс. изображений и показал высокую точность.

Итоги подводить пока рано, это еще предстоит сделать организаторам. Но важно, что эксперимент будет продолжаться. А искусственный интеллект — развиваться как полезный и важный инструмент для системы здравоохранения.


Подписывайтесь также на Telegram-канал РБК Тренды и будьте в курсе актуальных тенденций и прогнозов о будущем технологий, эко-номики, образования и инноваций.

Следующий материал: