Читайте РБК без баннеров

Подписка отключает баннерную рекламу на сайтах РБК и обеспечивает его корректную работу

Всего 99₽ в месяц для 3-х устройств

Продлевается автоматически каждый месяц, но вы всегда сможете отписаться

Как использовать последствия кризиса для решения «мусорной проблемы»

Фото:Robin Benzrihem / Unsplash
Фото: Robin Benzrihem / Unsplash
После пандемии коронавируса поток отходов из домохозяйств вырос. Полигоны не справляются с объемами мусора, а региональные операторы оказались на грани банкротства

Об экспертах:

  • Любовь Меланевская, исполнительный директор ассоциации «РусПЭК»;
  • Павел Рудась, исполнительный директор ассоциации «РусПРО».

COVID-19 заставил руководство страны пересмотреть стратегические задачи из «майского указа» президента. Многие задачи оказались в списке «оптимизированных» и «отложенных». Среди них — цели нацпроекта «Экология». В частности, из нового указа президента исчез показатель по утилизации отходов, а горизонт решения проблемы переполненных свалок отодвинулся к 2030 году — к этому моменту нужно на 50% сократить объем отходов, которые захоранивают на полигонах.

Будущее мусорной реформы

В условиях, когда государство сокращает бюджетные расходы и при этом намерено решать накопившиеся проблемы, нам всем стоит задуматься: в какой сфере усилия дадут наибольший результат при минимальных или даже нулевых госинвестициях?

Одна из таких сфер — обращение с отходами. Растянувшаяся на долгие годы реформа мусорной отрасли сегодня, наконец, может создать современную систему управления отходами. За последние годы государству удалось сформировать отдельные компоненты этой системы.

Во-первых, есть перерабатывающие мощности, которые уже сегодня могли бы утилизировать около 52% всех ТКО при условии полной загрузки. Много это или мало? К примеру, это даже выше среднеевропейского уровня — в странах ЕС утилизируют порядка 50% бытовых отходов. Однако в России фактический показатель утилизации ТКО пока не превысил 5%, хотя возможности для роста объективно есть.

Во-вторых, уже началось создание «дорожной карты» по введению раздельного сбора отходов (РСО) на всей территории страны. Именно этот компонент должен замкнуть элементы в единую систему: обеспечить загрузку перерабатывающих площадок чистым сырьем (стеклом, металлом, пластиком, картоном), не загрязненным пищевыми отходами из общего бака — а значит, пригодного для переработки. При этом стоимость переработки этих отходов покроет бизнес в рамках своей экологической ответственности, которую российские предприятия несут с 2015 года. Это именно то, что называют «расширенной ответственностью производителя» (РОП).

Добровольная экологическая ответственность

Не хватает последнего элемента этой цепи — работающего института РОП. Задача этого института в том, чтобы максимально вовлечь бизнес в утилизацию отходов товаров и упаковки, образовавшихся после использования того или иного продукта. Проще говоря — сделать так, чтобы на свалку не попадали те отходы, которые можно утилизировать. И нести эту ответственность должен тот, кто отходы произвел — бизнес, производители товаров. Это исключительно важный элемент в решении проблемы управления отходами. Например, страны ЕС на законодательном уровне устанавливают обязательство для бизнеса утилизировать определенную долю своих товаров и упаковки и строго следят за его выполнением. В Германии эффективная система РОП обеспечивает утилизацию 70% отходов упаковки и 70% ТКО в целом — подавляющее большинство предприятий выполняет свои обязательства.

Как Германия разделяет отходы во время пандемии Фото:Pexels

В России этот институт существует, однако его неэффективность признается всеми, в особенности добросовестным бизнесом, который как раз-таки выполняет свою «расширенную ответственность». По консервативным оценкам профильных органов власти доля таких компаний лишь 10%. Главный вопрос с их стороны «Почему государство не вовлекает остальных?» Пока выполнение «расширенной ответственности» — это, скорее, добровольная экологическая ответственность наиболее прогрессивных компаний. Усилия этих 10% пока не могут компенсировать уклонение 90% «безбилетников» — уровень утилизации отходов в России до сих пор едва превышает 5% при реальной возможности перерабатывать 52%.

Практически с момента запуска РОП в России в 2015 году предприниматели пытались изменить эту ситуацию, а государство, в свою очередь, по-разному пыталось подойти к реформированию РОП. Последняя попытка не увенчалась успехом в марте 2020 года — реформа была перенесена на конец года, а масштаб «мусорной проблемы» уже давно перестал быть просто федеральным: он подходит к грани статуса национального бедствия. Многие регионы задыхаются от переполненных свалок. По информации ППК РЭО на май 2020 года объема легальных полигонов хватило бы на семь месяцев в Краснодарском крае, в Омской области, Камчатском крае и Кабардино-Балкарии — на восемь.

Решить эту проблему старыми методами вряд ли возможно, хотя вице-премьер Виктория Абрамченко предпринимает для этого много усилий. С учетом масштаба «мусорной проблемы» государству необходимо максимальное участие бизнеса для реформирования института РОП и создания эффективной системы управления отходами. В целях придания реформе статуса, соответствующего масштабу решаемой задачи, нужно сейчас, в рамках уже идущей в данный момент перенастройки национальных проектов, создать федеральный проект «Расширенная ответственность производителя» в рамках Нацпроекта «Экология».

Реформа РОП «здесь и сейчас»

  • Реформа РОП не потребует финансовых вливаний из бюджета. Необходимые мощности по утилизации отходов от использования товаров либо уже созданы, либо будут создаваться за счет производителей и импортеров;
  • Эффективно работающий институт РОП действительно способен решать национальные задачи в области управления отходами — пример Германии тому наглядное подтверждение;
  • Бизнес уже работает над решением «мусорной проблемы» и готов брать на себя больше ответственности;

Сейчас системе обращения с отходами и институту РОП нужна в первую очередь корректировка нормативно-правовой базы, которую в ходе многочисленных попыток не могли изменить годами — статус федерального проекта сдвинет этот процесс с мертвой точки.

  • Нужно обнулить тарифы для граждан за вывоз отходов, собранных раздельно, и сделать самостоятельную утилизацию отходов выгодной для бизнеса, подняв в разы экологический сбор для тех, кто не будет выполнять РОП самостоятельно;
  • Необходимо внедрить внедрить «цифру» в контроль за отраслью — перенастроить государственную систему «Управление отходами от использования товаров» (цифровая экосистема, где учтены все операции с отходами) по аналогии с немецким «супер-реестром РОП», без регистрации в котором ни один товаропроизводитель или реселлер не может работать на немецком рынке. Благодаря этой мере в Германии успешно выявляют «безбилетников».
  • Важно год за годом стимулировать бизнес и увеличить «нормативы утилизации» — установленный государством объем отходов от выпущенного на рынок товара или упаковки, который производитель должен утилизировать в отчетном году. При грамотном администрировании вполне реально выйти к показателю в 60% по всем видам упаковки к 2024 году.

«Победа над мусором»

Постпандемийный пересмотр национальных приоритетов — возможность поднять чрезвычайно важную «мусорную проблему» на должный государственный уровень и наконец решить ее, придав институту «расширенной ответственности производителя» необходимую архитектуру регулирования в соответствии с лучшим европейским опытом.

При работающем институте РОП мы можем достичь европейских показателей не по захоронению отходов, а по их переработке: в частности, по переработке 60% отходов упаковки к 2024 году. Эта цель измерима и достижима. А вот разговоры о том, почему в России не может быть построена такая же система управления отходами, как в Европе, и в чем недостатки этой европейской модели — увы, решить мусорную проблему не смогут.


Больше информации и новостей о том, как «зеленеет» бизнес, право и общество в нашем Telegram-канале. Подписывайтесь.

Следующий материал: