Читайте РБК без баннеров

Подписка отключает баннерную рекламу на сайтах РБК и обеспечивает его корректную работу

Всего 99₽ в месяц для 3-х устройств

Продлевается автоматически каждый месяц, но вы всегда сможете отписаться

Майкл Шелленбергер: 15 аргументов эко-скептика

Фото: Oscar Gonzalez / NurPhoto / Getty Images
Фото: Oscar Gonzalez / NurPhoto / Getty Images
Известный американский эколог рассказал, чем опасна Грета Тунберг, объяснил, почему потерял веру в альтернативные источники энергии, и призвал человечество не отказываться от привычки к потреблению

Майкл Шелленбергер — американский эколог, основатель некоммерческих организаций Breakthrough Institute и Environmental Progress, автор бестселлеров «Смерть экоактивизма» и «Полюби своих монстров». В начале президентского правления Барака Обамы был в числе экологов, формировавших политику США в области возобновляемых источников энергии. Впоследствии критически оценил инициативы, сторонником которых являлся, и радикально пересмотрел свои взгляды. В настоящее время Шелленбергер является сторонником атомной энергетики и регулярно выступает в крупнейших американских СМИ с критикой экологической повестки, которую проводят политики и корпорации.


Полная аудиоверсия интервью:


Взгляды «зеленых» сильно устарели

Грета Тунберг в основном повторяет то, что «зеленые» партии говорят людям 50 лет. Они считают, что человек — просто вид животных, и его права ничем не приоритетнее. Но есть другое направление — экогуманизм. Оно исходит из того, что у человека есть разум, мы осознаем причины и следствия наших поступков. Поэтому на нас лежит особая ответственность. Человек — центр вселенной, и экологам пора наконец вернуться к этой мысли.

Что говорят молодые экоактивисты о своем вкладе в защиту природы

Никто не говорит, что мы должны быть жестокими к животным или разрушать природную среду. Но, защищая природу, мы должны стремиться соблюдать и наши собственные интересы. Мы — альтернативная сила самой природе.

Например, когда-то люди истребляли китов, потому что их жир служил для освещения домов. Потом мы освоили переработку нефти, и необходимость в убийстве китов отпала. Нам нужно как можно больше таких альтернативных способов получения энергии — именно они, а не простое ограничение доступа к энергии, помогут сохранить природу.

Люди, которые обещают миру экологический апокалипсис, — своего рода религиозные фанатики

Алармистские высказывания распространяют веру в то, что из-за климатических изменений и загрязнения окружающей среды нас всех скоро ждет конец света. Но это не так.

Многие религии построены вокруг мифа об апокалипсисе. Когда религия сошла со сцены, ее место заняли социально-политические учения. Экоактивизм — самая важная религия постхристианской эры. Он тоже строится вокруг идеи грехопадения: природа подарила нам цветущую планету, а люди своими бездумными действиями разрушили этот рай, и теперь нас ждет воздаяние за грехи — глобальное потепление и гибель всего живого. Но мы можем спасти себя с помощью «ангелов» — их роль в сознании экоактивистов заняли возобновляемые источники энергии. Это простая и привлекательная история.

Экоактивизм — это религия богатых людей

У бедных другие заботы. Они хотят выжить, а энергосистемы их стран не дают им достаточно электричества. Когда Грета Тунберг провозглашает: «Мы не можем тратить столько энергии!», для них это пустой звук. Ей легко говорить — Швеция уже достигла приличного уровня благосостояния.

А еще обеспеченные люди, как правило, более образованы. Вместо Бога у них — наука. Они поклоняются природе, видя в ней единственно возможную гармонию.

Кто такая Грета Тунберг? Фото: Kirsty Wigglesworth / AP

«Гринпис» и другие «зеленые» организации проводят колониальную повестку

Она хуже колониализма XIX века: когда европейцы захватывали другие страны, они строили дороги, развивали инфраструктуру. ЕС и США не дают странам третьего мира развиваться, говоря их правительствам: вам не нужны заводы, стройте фермы для выращивания органической еды, и боже вас упаси трогать дождевые леса. В результате страны теряют шанс выбраться из ловушки бедности. Это самый негуманный подход в истории.

Паника вокруг климатических изменений напоминает ту, которая была связана со страхом атомной войны 40-50 лет назад. Основные идеи подозрительно схожи: мир погибнет из-за дурных деяний людей. Атомная война, конечно, была намного более серьезной угрозой. Она отступила, но оставила после себя «эхо», которое прежнее поколение передает молодым. А молодежь заражается этим страхом, поскольку более активно, чем возрастная публика, ищет смысл жизни. Большинство образованных людей сейчас неверующие — они понимают, что в конце жизни просто умрут, и все, конец. Это порождает беспокойство и заставляет искать смысл своего существования — например, в борьбе за сохранение природы.

Многие компании, которые заявляют, что выступают за устойчивое развитие, занимаются «гринвошингом» — экоповестка нужна им, чтобы улучшить свой имидж

За переход к возобновляемой энергии сильнее всего выступают крупнейшие нефтегазовые компании — в сумме такие гиганты, как ExxonMobil, Total, Royal Dutch Shell, BP и Chevron потратили на рекламу этой повестки около $1 млрд. Хотя именно этим компаниям альтернативная энергетика невыгоднее всего.

За «зеленой» политической повесткой тоже скрывается много противоречий

В программе кандидата на кресло президента США Берни Сандерса есть требование закрыть все АЭС, но тем самым он фактически увеличит выбросы углекислого газа в атмосферу (за счет работы тепловых электростанций. — РБК). Те же популистские идеи проводят и многие политические противники Сандерса — например, социалистка и член Палаты представителей США Александрия Окасио-Кортес. За всем этим скрывается немало фактов коррупции и лоббирования интересов крупных компаний.

Как экологическая политика влияет на бизнес и рынок труда Фото: Bloomberg

Солнечную и ветровую энергию нельзя отнести к чистым источникам: ради них приходится опустошать, а потом загрязнять отходами обширные территории

С протестами выступают жители тех мест, где компании ставили солнечные фермы и ветрогенераторы, и биологи, которые занимаются сохранением редких видов — например, лысых орлов и американских журавлей, чью естественную среду обитания разрушали ветровые турбины. Самый чистый источник — это пока природный газ. Тем странам, у которых он есть, очень повезло.

Если его мало, тогда нужны АЭС. Если есть атомная энергия, солнце и ветер не нужны: они будут лишь паразитировать на основных энергосетях.

В странах, где сделали ставку на эти возобновляемые источники, электричество стремительно дорожает

В Калифорнии и Германии — там, где власти взяли курс на солнечную и ветровую энергию, — цены на электричество растут. Во-первых, нужен стопроцентный бэкап — традиционная электростанция, которая обеспечит людей энергией на тот случай, если с солнцем и ветром не заладится из-за погодных условий. Во-вторых, нужны дополнительные линии электропередачи.

В итоге в Германии электричество примерно в два раза дороже, чем во Франции, при этом энергии из чистых источников там получают в два раза меньше. Почему? Потому что во Франции значительную часть энергии дают АЭС.

В мире растет оппозиция проектам, связанным с возобновляемыми источниками энергии. Инвестиции в них падают

Люди стараются спасти природу от бездумных распиаренных проектов. Когда несколько лет назад в Африке начали массово возводить солнечные фермы, СМИ пели дифирамбы: из бедности и плохого энергоснабжения континент прыгнул сразу в будущее! Теперь неподалеку от солнечных ферм вырастают громадные свалки, куда выбрасывают токсичные аккумуляторы.

При этом традиционные «зеленые» крутят пальцами у виска, когда кто-то говорит им про АЭС. Но, чтобы получить тот же объем солнечной энергии, который дает атомная станция, нужно покрыть солнечными панелями в 100 раз большую территорию — и произвести намного больше отходов, которые отравят почву.

Атомная энергия дешевая, она может дать тепло и еду всем на планете. И это меняет привычную парадигму

Мы стали людьми благодаря тому, что научились использовать огонь — но прошли сотни тысяч лет, пока мы научились его не бояться. Атомная энергия — это такая же революционная технология, как и огонь, она ломает наши привычные представления о реальности. Мир вырос на мальтузианских идеях о бережливом использовании ресурсов: мы готовы насильственно ограничить рождаемость на планете, потому что боимся, что на всех не хватит энергии, еды, денег. Экоактивисты порой и вовсе хотят повернуть историю вспять, требуя, чтобы люди вернулись к мелкому фермерству, потому что оно требует мало ресурсов.

Экономическая оппозиция атому исходит от нефтегазовых корпораций, семей крупных предпринимателей, политиков, правительств. Они рекламируют солнечную и ветровую энергию, сознавая, что они никогда не станут конкурентами традиционному природному топливу. Большинство «зеленых» фактически выступает на их стороне, призывая человечество ограничить себя, стать скромнее. И лишь сторонники атомной энергетики считают, что человечество вполне состоятельно. Атомная энергия — это новый Прометей.

Многие охвачены антиядерной паникой. Это чистая психология, проявление коллективного бессознательного

Япония, закрывая свои АЭС (которые дают ей 40% электричества), собирается построить более 20 угольных электростанций. Это связано с ее культурой и историей. Да, эта страна стала жертвой единственной в истории ядерной бомбардировки, но все гораздо глубже: по итогам Второй мировой Японии запретили иметь свое собственное ядерное оружие, и люди подсознательно чувствуют свою уязвимость. Особенно когда вспоминают, что у ближайшего соседа — Китая, с которым их связывает история непростых взаимоотношений, это оружие есть.

Это вызывает бессознательную, иррациональную панику, которая вспыхивает, когда возникает такой раздражитель, как Фукусима. Но Фукусима никого не убила в буквальном смысле. Миллионы людей гибнут по всему миру в ДТП. За последние несколько лет 4 млн жителей планеты погибли от использования природного топлива — в результате связанных с этим пожаров и загрязнения окружающей среды. Но ведь никто не требует запретить автомобили или ТЭЦ.

Когда люди живут в постоянном страхе перед завтрашним днем, их легко убедить в том, что их ждет апокалипсис

Это во многом связано с политическими причинами. Демократы в США педалируют идею о том, что Трамп связан с Россией, и сериал HBO «Чернобыль» стал лишним поводом напомнить миру о том, как ваша страна якобы опасна.

Но еще такие сериалы отражают недоверие людей ко всему, что их окружает — недоверие политикам, сомнения в правильности экономического курса, которым идут развитые страны, опасения насчет новых технологий.

Осознанное потребление не спасет нас от консьюмеризма. Мы потребители по своей природе

Растет продолжительность жизни, значит, каждый из нас будет и потреблять больше. Пугать должен не консьюмеризм, а то, что у нас нет хорошей системы сбора и переработки мусора. Его надо убрать из океанов — он вызывает массовую гибель морских животных. Надо что-то делать со свалками — даже в Европе они то и дело горят, а это дополнительно загрязняет атмосферу.

Экологические проблемы можно решить, не решая социальные. До определенной степени

Традиционно считалось, что экономическое процветание и защита природы должны идти руку об руку — например, бедность можно победить повышением продуктивности труда. Мы производим больше, тратя меньше сил и ресурсов, значит, параллельно помогаем сохранять природу. Но затем выяснилось, что повышение эффективности производства никак не решает другие проблемы: наркомания, издевательства над детьми, отсутствие жилья, плохое образования в школах — это проблемы, которые характерны даже для самых богатых стран. Они не решаются из-за идеологических затруднений.


Полная версия интервью с Майклом Шелленбергером доступна на «РБК Pro» по ссылке ниже.

Майкл Шелленбергер — РБК: «Экоактивизм — это религия богатых людей»


Подписывайтесь и читайте нас в Яндекс.Дзене — технологии, инновации, эко-номика, образование и шеринг в одном канале.

Следующий материал: