Читайте РБК без баннеров

Подписка отключает баннерную рекламу на сайтах РБК и обеспечивает его корректную работу

Всего 99₽ в месяц для 3-х устройств

Продлевается автоматически каждый месяц, но вы всегда сможете отписаться

Линор Горалик: «вечный карантин» и будущее COVID-неравенства

Каким может оказаться (или не оказаться) наше социальное будущее после пандемии — вопросами об этом задается Линор Горалик в своем канале «Вирусное будущее»

Подготовка к будущему вполне может быть «повседневным» занятием: вопросами о том, каким это будущее может оказаться, задается в своем канале «Вирусное будущее» поэтесса, теоретик моды и маркетолог Линор Горалик. Это интересный опыт осмысления реальности и пример того, как об этой реальности можно писать. Это — подборка вопросов о нашем социальном пост-вирусном будущем

🛋 Будут ли люди, которые никогда не выйдут из «карантина»?

Если считать мемы барометром общественных настроений, то становится видно, что шутки про страх перед концом карантина и нежелание возвращаться из «самоизоляции» в «нормальный мир», — несколько маргинальная, но вполне себе существующая тема.

Когда узнаешь, что твой обычный образ жизни называется «карантином»
Когда узнаешь, что твой обычный образ жизни называется «карантином»

«Вечный карантин» может быть абсолютным, — то есть подразумевать полное затворничество, — или относительным, — то есть подразумевать перестраивание всего образа жизни под сложившуюся в карантинные дни схему с минимальными выходами наружу.

У него может быть множество причин, насколько я понимаю. Например:

1. Причины фобического характера: после каждой крупной гуманитарной катастрофы или встряски возникает категория людей, не верящих, что опасность отступила/«война кончилась». Эти люди, скорее всего, будут бояться или коронавируса, или заражения вообще, или в целом будут воспринимать внешний мир как крайне опасное место и избегать контактов с ним в максимальной мере;

2. Причины психологического характера: люди, и прежде склонные к уединению, в некотором смысле обнаружат, что такой образ жизни вести действительно вполне можно. Сейчас они как бы получают первую дозу бесплатно и убеждаются не только в ее сладости, но и в ее доступности. В некотором смысле, они получили возможность поставить «затворнический эксперимент», который раньше было немыслимо или очень трудно осуществить; теперь же, например, можно договориться с работодателем о продолжении работы из дома — а дальше лиха беда начало.

Экстраверт: «Целый день я лишь ем, сплю и гляжу в никуда. Какое ужасное существование». Интроверт: «Так, но я же не гоню на твой-то образ жизни!»
Экстраверт: «Целый день я лишь ем, сплю и гляжу в никуда. Какое ужасное существование». Интроверт: «Так, но я же не гоню на твой-то образ жизни!»

Иными словами, может оказаться, что для кого-то самоизоляция станет фактически бесконечной, — по необходимости, по выбору или по сложной смеси того и другого.

Поглядим.

💻 Появятся ли в наших домах «zoom-зоны»?

Этот вопрос связан и с коронавирусным/кризисным будущим, и с нашим онлайновым будущим вообще.

Становится, кажется, очевидным, что часть деловых (и не только деловых, но от того не менее важных в смысле «произведения правильного впечатления») видеопереговоров мы будем проводить из дома.


Infographic: Video Chat Apps Rise to Prominence Amid Pandemic | Statista

Сейчас существуют три подхода к вопросу «что делать с тем, что творится за спиной»: 1) Ничего, 2) Максимально прилизать, 3) Воспользоваться технологическими возможностями средства связи для скрытия или замены фона.

С каждым существуют вполне определенные проблемы (пункт 3, например, не только пока что не очень хорошо работает, но и заставляет задаваться вопросом «Что ты там прячешь?»).

Можно предположить, что постепенно (а может быть, и очень скоро) начнут появляться разной степени сложности решения, рассчитанные на разной степени возможности. Они могут быть самодельными («Дети, тут у папы zoom-зона, не тащите сюда ничего!») до коммерческих («Ширмы и фоны для zoom-зон от $19,99») до системных (»...рабочий кабинет с zoom-зоной 12 кв.м.: белые стены с антибликовым покрытием, акустическая ниша, распределенное освещение» или «оборудование zoom-зон в вашей квартире за один день!»).

https://www.instagram.com/p/B94ZZYiD8wg/

Посмотрим.

🧪 Будет ли отказ предоставлять доступ к личным биоданным восприниматься как антисоциальное поведение?

Одно за другим появляются исследования (они появлялись и раньше, но сейчас тема стала, по понятным причинам, золотой), говорящие, что если граждане будут готовы немного поступиться приватностью и дать определенным службам возможность отслеживать те или иные биопараметры личного характера на своих, условно говоря, фитнес-браслетах (температуру тела, частоту пульса и другие биохарактеристики), это может дать нам в будущем потрясающие результаты с точки зрения био-безопасности. Те, кто будет наблюдать за этими данными, смогут видеть не только потенциальные очаги эпидемий и пандемий и реагировать на невообразимо (в данный момент) ранних стадиях, но и, возможно, справляться не только с эпидемическими проблемами.

И тут возникает замечательный вопрос: будет ли снятие в гаджете галочки «Я согласен на анализ моих данных» восприниматься извне, — и, что еще интереснее, ощущаться самим носителем внутри, — как своего рода антисоциальное действие, отказ от помощи городу и миру?

Ответ на этот вопрос может, мне кажется, лежать в плоскости уже существующей практики малых дел и быть совершенно неумозрительным: крошечное чувство вины, которое можно испытывать, отказываясь передавать данные об ошибках аппликации ее разработчикам (тебе жалко? — а они бы сделали аппликацию лучше для всех!); неучастие в раздельном сборе мусора (да, один твой мешок ничего не значит, — но ты отказываешься присоединиться к труду над общим благом); неготовность поучаствовать в опросе общественной организации (да, справятся и без тебя — но…)

Что такое цифровой тоталитаризм и возможен ли он в России

Что мы будем чувствовать, отказываясь предоставлять информацию с наших фитнес-браслетов большому брату, — и что будут чувствовать наши ближние, которые об этом знают? По-моему, нам предстоит выяснить этот вопрос в каком-то вполне обозримом будущем.

🚑 Ждет ли нас волна расследований и новая риторика, связанные с «COVID-неравенством»?

На самом деле первые публикации, говорящие о том, что перед лицом эпидемии окажутся равны далеко не все, появились задолго до ее масштабного развития: вспомним тему «богатые скупают аппараты ИВЛ». И даже (если уж думать совсем широко) задолго до самой эпидемии COVID — в антиутопических аналитических сценариях часто говорилось о том, что привилегированные классы по понятным причинам имеют шансы пережить любой катаклизм, — и масштабную эпидемию в том числе, — лучше, чем представители менее обеспеченных слоев общества.

Уже сейчас мы отчетливо видим два типа COVID-неравенства:

  • неравенство, связанное с уровнем медобслуживания (по нему пока нет, кажется, ни больших публикаций, ни масштабных исследований, — слишком рано, — но тема прорывается на поверхность);
  • неравенство, немедленно выявленное экономическим кризисом, — но последнее я сейчас оставлю в стороне и сосредоточусь только на самой пандемии.

Мне кажется, что по мере того, как мир будет приходить в себя после COVID (а мне хочется надеяться, что этот момент настанет), исследования, расследования и публикации о разных видах COVID-неравенства составят очень значительный и очень важный пласт рефлексии о пандемии. А результаты этих публикаций станут эффективной составляющей риторики идентичности для целого ряда социальных групп.

В частности, может оказаться, что COVID-неравенство будут описывать как минимум в двух категориях: биологической (статистика покажет, что какие-то — не только возрастные, но, например, этнические* группы окажутся более восприимчивы к COVID и пострадают сильнее) и социальной (недооказание медицинской помощи, менее эффективная диагностика, недообращение за помощью в силу социальных факторов, худшая оснащенность больниц и персонала в ряде районов, населенных представителями тех или иных социалных групп, — и так далее). Есть впечатление, что риторика, выстроенная на COVID-неравенстве, может остаться с нами надолго, — и посмотрим, в какие повестки она будет встраиваться и что она будет значить.

* Такие исследования уже появляются — и вопрос о том, что значит, например, повышенная смертность в определенных этнических группах и как тут связаны генетические и социальные факторы, обещает быть очень болезненным.


Подписывайтесь и читайте нас в Яндекс.Дзене — технологии, инновации, эко-номика, образование и шеринг в одном канале.

Следующий материал: